Rose debug info
---------------

Почему дизайнер учит редактора

Сегодня в бюро открылась Школа редакторов. Мы выпускаем редакторов сайтов, приложений, сервисов, рассылок, рекламы, электронных и печатных изданий.

Теоретическая ступень школы такая же, как у дизайнеров. В ней нет ничего лишнего для редактора. Тем не менее, меня спрашивают, какого черта дизайнеры будут учить редакторов дизайнерским дисциплинам.

И правда — какого черта?

Считается, что редактор занимается только текстом. Готовый текст заверстает верстальщик. Фотографию даст фотограф. Менеджер проследит за сроком, а юрист прикроет тыл. Давайте представим, как это работает в жизни.

Верстка

Допустим, редактор написал текст. Он дает задание сверстать его на странице. Верстальщик заливает текст на лист и начинаются проблемы. Верстальщик не сможет самовольно сократить текст, чтобы уместить на листе. Он не знает, что в тексте главное, чтобы это акцентировать.

Когда над верстальщиком нет редактора, получится предсказуемо плохой продукт: формальный и без любви к смыслу. Сравните любую современную бизнес-книгу с любой книгой Тафти. Редактор должен разбираться в верстке.

Интерфейс

В 2015 году большую часть работы редактор будет делать для экрана. Он должен понимать, чем большой экран отличается от смартфона и часов и как это влияет на подачу материала. Редактор знает, что для читателя нет разделения «контент — интерфейс», поэтому он будет редактировать и текст на кнопке, и подсказку к полю.

Если нет — то под гениальным редакторским текстом будет написано «Вам необходимо пройти процедуру авторизации, чтобы оставлять Ваши комментарии под данной статьей». Чтобы этого не произошло, редактор должен разбираться в интерфейсе.

Управление

В создании продукта будут участвовать иллюстратор, фотограф, технолог, программист и аналитик. Им нужно поставить задачу; убедиться, что они ее поняли; заставить переделать. Управление — это тоже работа.

Менеджеру трудно управлять творческим коллективом: он не отличает хорошую иллюстрацию от плохой, ему наплевать на смысл, его дело — сроки. Управлять своей редакцией должен редактор.

Переговоры

Получился хороший продукт. Теперь обязательно придет клиент (рекламодатель, издатель), который попросит сделать по-другому: «Ой, это слишком опасная фотография, давайте менее жесткую». «Ой, рекламодатель просит не размещать его рекламу на странице, где есть частица „не“».

Если в этот момент редактор не заступится за продукт, сильную фотографию заменят на слабую, а все остальное переколбасят по указке рекламодателя. Получится шлак. Чтобы продукт был хорошим, редактор должен уметь вести переговоры.

Право

Через месяц после публикации редактор получит письмо с обвинениями в плагиате. Он откроет Гражданский кодекс и пишет вежливое «пошел вон», ссылаясь на принципы свободного использования. Редактор должен понимать правовые основы творческой работы.

Все редакторы — дизайнеры

Редактор — это капитан корабля. Такие люди необходимы печатным и электронным изданиям, веб-студиям, стартапам, командам программистов, рекламным агентствам — всем, кто занимается информационными продуктами. Текст пишут все, но только редактор умеет превратить текст в информационный продукт.

Все редакторы — дизайнеры, хотят они этого или нет. Но есть плохие дизайнеры, и есть хорошие. Мы сделали школу, чтобы редакторы стали хорошими дизайнерами.

Ну и редактуре мы тоже учим, куда без этого.

Приходите учиться: http://artgorbunov.ru/school/editors/

Дальше
16 комментариев
Вадим Надеждин 2015

А еще редактор должен быть в хорошей физической форме. Минимально понимать в веб-технологиях. И владеть основами журналистики. Что же вы этому не учите?

Скажите уж прямо, не осилили подготовить отдельную учебную программу. Взяли ту, что уже была. Чего тут такого.

Максим Ильяхов 2015

О физической форме рассказывает Товеровский. Об основах журналистики я рассказываю. А веб-технологии надо будет встроить, вы правы.

Вадим Надеждин 2015

Да-да, добавьте больше к этому дирижаблю. Можно еще философию, историю и математику. Иностранный язык. Ну и переименовать в «университет».

Саша Волкова 2015

Вадим, я — копирайтер в Яндекс.Деньгах, раньше работала журналистом в РБК. Мне как раз не хватает того образования, которое предлагает школа стажёров. Вот почему.

Сначала мы всей командой обсуждаем продукт: речь идет о смыслах, сценариях, акцентах. Потом разработчики идут кодить, и для меня это какая-то непонятная магия. Но с дизайнером мы работаем в связке до самого релиза. Решаем одни и те же проблемы, только он — картинками и кнопочками, а я — буквами.

Поэтому логично, что программа образования для дизайнера и редактора совпадает на 80%. Я даже готовилась поступать в школу на дизайн, пока не узнала, что появилось направление для нас.

Возможно, у вас другой опыт. Например, если вы пишете в день по 4 статьи для новостного издания и не контактируете с другими отделами, школа стажёров не поможет. Но я буду поступать и всем советую.

Алексей Тараненко 2015

Очень странные претензии к программе школы. Думаю, что 100 крайне мотивированных и редакторов, которые понимают, что дизайнерских навыков им очень не хватает, найдется. Я понимаю, поэтому с нетерпением жду начала отбора.

Сергей Иванов 2015

Я из первого набора Школы стажеров для дизайнеров.
Могу сказать, что предмет по редактуре текста оказался крайне полезным для меня как для дизайнера. Уверен, всё точно так же работает и в обратном направлении.

А поучиться переговорам полезно вообще всем. Просто для жизни. Семейной в том числе )

Вадим Надеждин 2015

Конечно, ребята, в добрый путь. Не забудьте потом рассказать, как школа вам помогла. Думаю, первые иллюзии развеются, как только вы поймете, что на практике означает малозаметная фраза «проверка знаний автоматизированными тестами».

Денис Дрожжов 2015

У меня нет претензий к программе курса, но есть претензия к системе обучения. После первой ступени из ста человек останутся тридцать. Это странно для образовательного курса. Я всегда считал, что если в школе сдал экзамен на пять, то имеешь право учиться дальше. А здесь вылетишь, если не хватит одной десятой балла до попадания в тридцатку.

Вадим Надеждин 2015

Денис, при этом школа на самом деле начинается как раз со второй ступени. Потому что на первой есть только лекции и тесты. Все задания по редактуре и текстам тестами не проверить, поэтому студенты пишут их в никуда.

Регина Симиндерова 2015

Привет, я тоже из первого набора школы. Вадим выше все верно пишет, только сразу видно, что студентом школы он не был. На самом деле все еще хуже :—)

Пресловутые «автоматизированные тесты» не сообщают тебе правильные ответы. Ты тупо знаешь, что вот в этом вопросе ошиблась. А как правильно — черт его знает. При этом в тестах полно ошибок (преподаватели сами их не проверяли, похоже). Но поскольку правильные ответы не сообщают, доказать это сложно :—)

Так что качество обратной связи где-то около нуля.

Я сильно удивлена, что вместо того, чтобы провести работу над ошибками, бюро запустило второй набор, а теперь третий и отдельный набор редакторов.

Максим Ильяхов 2015

Регина! Ошибки в тестах встречаются. К счастью, после того, как мы их находим, мы исправляем их для всех следующих наборов. А в текущем наборе ошибочные вопросы не засчитываются при подсчете итоговой оценки. Ошибки бюро не влияют на ваш результат в школе.

Правильные ответы есть в лекциях и дополнительных материалах (а не в Википедии, куда студенты часто по ошибке обращаются за ответами). Поэтому мы рекомендуем студентам внимательно изучать лекции и материалы.

Если вы обратитесь с вопросом к преподавателю лично, скорее всего, он ответит. Я не помню, чтобы вы обратились ко мне с вопросом. Качество обратной связи зависит от вас.

Первая ступень помогает найти среди студентов тех, кто умеет работать самостоятельно. С ними преподаватели работают индивидуально. На второй ступени я комментировал все работы, которые мне присылали.

К сожалению, некоторые студенты ожидают, что преподаватели будут за ними бегать и объяснять ошибки. В жизни так не бывает. Ваш успех — это ваша личная забота. Подробнее об этом: https://bigplans.megaplan.ru/mastery

Регина Симиндерова 2015

Как много слов, Максим. А факты про первую ступень, вот они:

  1. Никто не проверяет задания студентов по дизайну и редактуре.
  2. Правильные ответы в тестах не сообщают.

Это важно для тех, кто принимает решение, поступать или нет. А вы забыли упомянуть об этом на странице школы. Ну пусть хоть тут прочитают.

Дима Гинтофт 2015

Да дело же не в правильных/неправильных ответах, обратной связи или не тех дисциплинах. Вот есть школа, в которой есть знания и навыки. Можно поспорить о качестве преподавания, а можно пойти и взять знания. Именно взять, а не получить. Взять только то, что нужно. Уточнить у преподавателя. Спросить у других людей, смотреть по сторонам. Дополнить знаниями из других источников. Ещё хорошо (или плохо), что бюро не идёт путём шрифтовиков, к которым надо раз 10 напрашиваться в ученики, чтобы они нехотя взяли. На курсовые тоже рецензия не предусмотрена. Но есть другой путь: терроризировать месяц по почте Илью Бирмана и он всё расскажет.

Анна Ильюхина 2015

Регина, Школа не стоит на месте, и многое меняется. Студенты получают письма с ошибочными ответами, что позволяет им окунуться в тему глубже и изучить её лучше. Никому не возбраняется написать в Школу и спросить совета преподавателя, даже поспорить по какому-либо заковыристому вопросу.
Но знаете что? По моему опыту общения со студентами я заметила следующую закономерность. Студенты из первой двадцатки практически никогда не жалуются. С их работами ничего плохого не происходит, они успевают все вовремя, они получают высокие баллы, они не вступают в демагогические споры, и именно они находят настоящие ошибки в тестах, благодаря внимательности и неподдельному интересу к предмету, который изучают. Мне кажется, что они знают, зачем им эти знания. Они не просто решили провести время в тусовке дизайнеров. Они подходят к вопросу обучения как к реальной рабочей ситуации: со своими сроками, взаимоотношениями внутри проекта и конечным результатом.
Школа даёт возможность тем, кто хочет, получить огромный объём концентрированных знаний и практических умений в удобоваримой форме и в короткие сроки. Это место для людей с осознанными целями и высокой мотивацией. И я думаю, что им не так важно, чтобы за ними бегала нянька с проверкой тестов. Они знают, что хотят, и берут это сами.

Дмитрий Волков 2015

Обращался к вам с вопросом около 3-х недель назад. Ответа до сих пор нет.

Знания школа предоставляет хорошие, но система оценки хотелось бы более логичной. Особенно практику: сейчас достаточно сделать хоть что-то, что соответсвует заданию и ты сразу получаешь максимальную оценку.

Анна Ильюхина 2015

Дмитрий, напишите мне, пожалуйста, какой вопрос остался без ответа.

Регина Симиндерова 2015

Но знаете что я заметила? Иногда человеку бюро заменяет критическое мышление. Ты такому человеку говоришь: ребята, вы мало того, что не проверяете задания, так и еще и умалчиваете об этом на странице школы. А он тебе такой: не вступай в демагогические споры, качество обратной связи зависит от тебя, тебе не возбраняется даже написать преподавателю, ты иди потерроризируй Бирмана месяц.

Але, ребята. Я не об этом. Важную информацию не скрывайте от абитуриентов.

Елена Шевченко 2015

Регина, если вам лень напрягаться и влом перечитать (да, хоть в десятый раз ) интересные лекции, чтобы самой найти ответы,—то это только ваши проблемы. Школа экономит самое дорогое: ваше время и силы. Чтобы самостоятельно дойти до понимания тех принципов, о которых рассказывается по каждому предмету, понадобится очень много лет, разочарований, стрессов, конфликтов. Для вас же, как алмазы, уже отобрали знания и дают вам всё, что только можно, для того чтобы хорошо работать. Очень жаль, что вы не пытаетесь увидеть ценность этого. Регина, у вас синдром первокурсников, которые считают, что свою главную обязанность они выполнили — поступили, а дальше — преподаватели, сами вокруг меня как-нибудь крутитесь и учите. Если я ничему не научилась — преподаватели плохо старались.
Главное — это не баллы, не список ответов с правильными галочками, а —знания. И то, какого качества эти знания и как школа открыто с ними делится, у меня лично вызывает уважение и благодарность. Смешно, конечно, читать про сокрытие информации. Есть страница школы и кодекс бюрошника, там все ясно написано.

И про обратную связь. Мой опыт: когда у меня возникла проблема с отправлением теста, Илья Синельников мне мгновенно коротко ответил с телефона, потом мне подробно написала его помощница, через несколько дней, мне позвонил Илья из Бостона (о, боже, конечно, мне удобно говорить!), чтобы убедиться, что у меня не осталось претензий и вопросов. Было просто сложно поверить что это норма. Это нормально хорошо и с заботой относиться к другим. Для меня же это пока это что-то исключительное на фоне многого вокруг :)